"Я хочу чтоб к штыку приравняли перо ...."  

 

Итак, завершилась эпопея с терактом в Москве. Захваченный концертный зал взят штурмом, заложники освобождены, террористы уничтожены, общественность аплодирует, а иностранные правительства поздравляют.

Казалось бы хэппи-энд. Но что-то мешает остановиться на этой мысли и расслабиться. Мешает ощущение незавершенности, натянутой тетивы. Которая вскоре должна выстрелить повторно. Если не принять мер.

А принять меры можно лишь посмотрев в корень и поняв суть случившегося. А суть эта в том, что московский либеральный бомонд ненавидит нынешнего хозяина Кремля. Ненавидит потому, что боится. Боится, в свою очередь, потому, что видит как неотвратимо меняется общий климат в стране. Как «выдавливаются» представители ельцинской элиты. Как концентрируются на ключевых направлениях чекистские кадры. Как падает политический вес так называемых олигархов. Как происходят какие-то непонятные, но леденящие либеральную душу телодвижения за кулисами большой игры – одно похищение Сергея Кукуры чего стоит. Слишком много аналогий со сталинским восхождением к власти, когда тихой сапой, «русскими горками» удалось постепенно проредить, а потом и вовсе отправить в лагеря или поставить к стенке ленинскую гвардию и выдвиженцев Троцкого.

Историческая память не дает покоя. Парализует ум, одновременно раскрепощая эмоции. И вот – настал заветный час! Ненавистная Власть повисла на волоске.

Как же было не впиться в нее. Ведь завтра она может быть пошлет тебя на счастливые Соловки или в солнечный Магадан. И тысячи перьев, микрофонов и камер в едином порыве сомкнули ряды с затерявшимися в этом водовороте внутренних политических разборок и трений террористами.

Но Акела не промахнулся! Он лишь затаился, выжидая момент. Он отдал первый ход противнику. Потому что в такой ситуации тот, кто пойдет первым, неизбежно проиграет. Устанет. Выдохнется. Выговорится. Сломается. Засветится, наконец. Так и случилось.

Теперь диспозиция определена предельно четко. Либеральные СМИ проявили себя как диверсионно-террористическое соединение, готовое моментально выступить в момент атаки на государство любых противостоящих ему сил. Либеральные политики – как сторонники лозунга «чем хуже, тем лучше». Бывший кронпринц Евгений Примаков – как опаснейший враг, отнюдь не потерявший надежд взойти на президентский престол.

Теперь, по-видимому, процесс выдавливания старой элиты ускорится. Хотя вряд ли значительно : политическое равновесие в России во многом определяется внешними факторами – отношениями страны с Западом. А он последнее время перетекает в новую и необычную конфигурацию – раскалывается по Атлантике и начинает пересматривать многие из прежде незыблемых ценностей и приоритетов.

Главный же итог теракта – «боевое крещение» Владимира Путина. Он показал, что "венец и бармы Мономаха" принадлежат ему по праву. И что страна находится в сильных руках. Рейтинг Президента в эти дни превратился наконец в авторитет. Кредит доверия - в уверенность. Смутные надежды – в ясное знание : «с ним можно идти в разведку» - так думают теперь 85 процентов россиян.

И пусть либеральные московские СМИ уверяют, что не менее страшным террористом выступала в этих событиях сама Власть, проводившая акцию по освобождению заложников таким образом, что ее результаты оказались сопоставимы с последствиями самого теракта, будь он приведен в исполнение. Это никого серьезно не волнует. Опросы на улицах Москвы показывают, что население в целом принимает жертвы как неизбежное зло, и одобряет линию поведения Власти.

Не зря ведь уже и Шамиль Басаев заявил, что теракты продолжатся, но впредь будут направлены на представителей властей и силовых ведомств, не затрагивая мирное население. И это по сути означает признание неэффективности в России сложившейся на Западе террористической практики.

Другим, более долговременным, но вероятно еще более важным последствием теракта является, по-видимому, углубление эрозии либеральной модели общественного устройства. Хищничество и самоедство либерального общества уже давно очевидны многим серьезным наблюдателям. Но массовое сознание обнаруживает такие реалии, когда становятся слишком поздно. А вот уязвимость конструкции перед терроризмом ясна любому. Общество просто не сможет выжить, если будет считать нормальным явлением прямую трансляцию ток-шоу с родственниками заложников во время теракта. Еще опаснее принцип спасения заложников любой ценой, влекущий капитуляцию общества перед любой СЕРЬЕЗНОЙ группой террористов-смертников.

И хотя проблема решается просто – информационной блокадой террористов, ценой такого решения становится главная священная корова либерального общества – свобода слова. Тогда позволено будет спросить, а не является ли Либерализм именно тем Молохом, которому собственно и приносятся эти кровавые жертвы. Приносятся особой кастой жрецов – тележурналистами и ведущими передач, этими информационными левитами наших дней.

Но подобно тому как Христос сказал, что отныне, с его приходом в мир, жертвы приносятся лишь бесам, не скажет ли, не будет ли однажды вынуждено Государство сказать нечто подобное о телевакханалиях на крови, хотя бы и лишь ожидаемой.

Мне кажется, что именно так и случится. Во всяком случае в Госдуме России уже рассматривается законопроект о цензуре СМИ на случай подобных ситуаций. Озвучена и идея привлечения армии к подготовке и осуществлению контртеррористических операций.

В более отдаленной перспективе это означает усиление процесса реабилитации государственно-регулирующего, а затем и мобилизационного начала в жизни общества, до сих пор вызывавшего ожесточеннейшее сопротивление либеральных кругов.

И, наконец, заслуживает внимания реакция Западных стран на события в Москве.

Практически все без исключения главы государств и правительств выразили удовлетворение ходом и результатами операции и одобрение действиям российского руководства.

Совершенно иной реакцией удивила пресса. Удивила не столько собственно негативной оценкой действий и результатов, сколько поразительным единодушием и полной, даже неумной, учитывая возрастающую роль России как союзника, откровенностью.

И этот феномен уже сложно объяснить традиционной на Западе русофобией или происками сил, возможно стоявших за терактом. Даже с учетом того, что произошел он уж очень «своевременно» для тех, кто заинтересован в изменении российской позиции по антииракской операции США.

Причины видятся мне гораздо глубже.

К Западным странам постепенно приходит осознание провала своей цивилизационной миссии. Неоколониализм, практиковавшийся в мире на протяжении последних десятилетий, постепенно привел к колоссальному обнищанию подавляющего большинства населения, не входящего в так называемый «золотой миллиард». Даже в богатейшей нефтедобывающей стране - Саудовской Аравии итогом «интеграции» в мировой рынок стал резкий (более половины трудоспособного населения!) рост числа людей без образования и профессии. Произошло трехкратное(!) сокращение уровня жизни большинства, не занятого обслуживанием рынка элитарного потребления. И это при том, что около 70 процентов мужчин в этой стране моложе 27 лет! Что же говорить о других странах ……..

В этих условиях рост экстремизма, радикализма и терроризма представляется неизбежным. Его не смогут сдержать традиционалистские и лояльные Западу структуры, вроде той же Саудовской династии и союзных ей арабских институтов. Тем более, что невероятно близорукая политика США не оставляет им ни одного шанса выжить. Настоящий вал террора на Западе еще только предстоит.

И вот на этом фоне оказывается, что у российского общества «болевой порог» существенно выше, чем у европейцев и американцев. Другими словами, борт российского государственного корабля находится значительно выше ватер-линии, тогда как Западные страны, при всей их экономической, технологической и управленческой мощи, напоминают скорее утлый челн, плывущий на пределе затопления.

Россия, по итогам московского теракта, оказывается гораздо более устойчивым и жизнеспособным государством, чем виделось ранее, и даже имеет серьезное, более того стратегическое преимущество перед странами Запада.

И это предчувствие большой беды, смешанное с завистью к более перспективному в новых условиях игроку и выливается мутным потоком на страницы газет и журналов самой разной культурной и политической ориентации.

В свое время великий Отто Бисмарк сказал : «Россия опасна мизерностью своих потребностей.»

Что же, наконец то эта «опасность» внушает оптимизм!

 

05 ноября 2002 Торонто